Серый Крокодил (grey_croco) wrote,
Серый Крокодил
grey_croco

Categories:

Нестабильность скоро закончится. И начнется падение в нору Песца. Часть первая

Полный текст этой статьи оказался сильно большим, поэтому я разбил его на две части. Это - часть первая.

То, что нынешнее переходное состояние, именуемое зоной нестабильности, неизбежно закончится, совершенно понятно. Как и понятно то, что произойдет это уже скоро и завершение будет сопровождаться неизбежным падением в глубокую-преглубокую нору Песца. Вот только насколько глубокой она окажется?

Рынок Трампа похож на рынок Рейгана

Технический аналитик Ральф Акампора (Ralph Acampora) из компании Altaira Capital Partners сравнил поведение рынка в эпоху Дональда Трампа с историей рынка в начале президентства его кумира Рональда Рейгана — сходство есть, и довольно заметное. В начале первого срока Рейгана в 1981 году рынок рос прекрасными темпами в течение 6 месяцев, в общей сложности набрав 10%. Однако затем тренд развернулся вниз, и по итогам года индекс Доу — Джонса, начав с 960 пунктов, упал на 9%. Таким образом, по словам аналитика, «медовый месяц» перешёл в медвежий рынок, что является достаточно характерной картиной для многих президентств.



При Рейгане в июле 1981 года началась рецессия, вызванная, как считается, подъёмом целевой ставки ФРС по федеральным фондам (англ. federal funds target rate) в целях борьбы с высокой инфляцией, охватившей США в предыдущие годы. Рецессия продлилась более года, до ноября 1982-го. В общей сложности индекс Доу за этот период упал примерно на 20%. На минимуме в августе падение составило и вовсе 24%, до 776.92.

После этого начался бычий рынок длиною в 18 лет. К концу президентства Рейгана, по сравнению с его началом, Доу вырос на 135%, а индекс S&P 500 — на 118%.
Вот только в октябре 1987 года случился маленький такой кризис, когда Гринспен прямо заявил - "еще пару лет и все. нас спасет только чудо"..

Что касается Трампа, то Акампора считает, что его «медовый месяц» всё ещё не окончился и продолжается уже 15 месяцев, несмотря на коррекцию рынка после пика, достигнутого в конце января 2018 года. К январю Доу — Джонс вырос на впечатляющие 45%, а S&P 500 — на 34%.

Однако столь значительный рост, по мнению Акампоры, является предвестником гораздо более глубокого падения во время медвежьего рынка, который с большой вероятностью ожидает Трампа, если развитие и дальше пойдёт по образцу Рейгана. То есть, рынок при Трампе может упасть больше, чем на 24%.

Сравнение аналитика может показаться натянутым, но в его пользу есть сильный аргумент — Трамп действительно повторяет некоторые важные элементы политики Рейгана, так что доля вероятности того, что «рынок эпохи Трампа» начнёт повторять «рынок эпохи Рейгана», действительно есть.
Например, искусственная накачка экономики всякими стимуляторами.

Однако есть и принципиальная разница. Запас прочности американской экономики сейчас несравнимо ниже, чем он был при Рейгане, так что если медвежий рынок действительно начнётся, то его последствия будут куда более серьёзными, и сам Трамп это знает. Он ещё во время избирательной кампании признавал, что на американских финансовых рынках надулся опасный пузырь. Которые неизбежно лопнет и это повесят на него.



Это самый настоящий конец экономического суперцикла. Saxo Bank совершенно уверен в этом.

В своем отчете за второй квартал Saxo Bank предоставляет зловещие экономические перспективы. Экономика США не получит большого роста от сокращения налогов; цены на жилье в Нью-Йорке уже снизились на 15-20%, а инфляция по-прежнему не будет реализована, поскольку чистый кредитный спрос или скорость денег по-прежнему депрессивны и скоро войдут в отрицательную территорию.



Геополитическая сцена будет определяться националистическими повестками дня, что означает более дешевую торговлю и - в худшем результате - раскол в мире по сравнению с США, а остальной мир должен решить, к какой стороне присоединиться.

Еще один поворот в отношении того, как этот цикл отличается от всего, что происходит в недавней или даже отдаленной памяти, см. в таблице ниже (любезно предоставлено моим товарищем Даном Торстеном Слоком из Deutsche Bank в Нью-Йорке), который я считаю самым негативным из всех когда-либо видел.




..Основным риском для инвесторов является растущее несоответствие между оптимистичным взглядом на рынок, который считает, что риск рецессии составляет менее 10%, и тем, какие показатели рецессии говорят об экономике. Эти показатели свидетельствуют о том, что США находятся в конце экономического цикла, и это не является неожиданностью, и намекает на то, что спад не за горами, и экономическая политика Трампа, похоже, не способна предотвратить его.



Конец цикла (какая изящная формулировка!) близок? Глобальное синхронизированное экономическое замедление доказывает это.

Не так давно подавляющий консенсус среди карнавальных зазывал Уолл-стрит состоял в том, что инвесторам посчастливилось наслаждаться ренессансом глобального экономического роста, который будет продолжаться бесконечно долго. К сожалению, очень скоро эта сказка закончилась. После невзрачного начала 2018 года ожидания рынка относительно продолжения глобального экономического роста в течение оставшейся части текущего года теперь снижаются с каждым тиком вверх в доходностях облигаций.



В первом квартале 2018 года экономический рост в США продемонстрировал невпечатляющую динамику, ставшую уже привычной; при этом реальный ВВП увеличивался на 2,3% из расчета за год, что было вызвано резким замедлением потребительских расходов. JPMorgan Global PMI ™, рассчитываемый IHS Markit, резко снизился с отметки 54,8 пунктов в феврале до отметки 53,3 пункта в марте, причем снижение этого индекса произошло впервые за шесть месяцев. Падение этого индекса было самым стремительным за последние два года. Представим это снижение в контексте: февральское значение PMI соответствовало глобальному росту ВВП в 3% в годовом исчислении. При этом мартовское значение этого показателя говорит о том, что глобальный рост замедлился до 2,5% в год. Таким образом, не только глобальный рост уже находится в процессе замедления, но и схлопывание пузыря облигаций набирает обороты, что вскоре должно подтолкнуть мировую экономику к глобальной синхронизированной рецессии.

..Попытки центральных банков прекратить репрессии в отношении процентных ставок на фоне значительного увеличения долгового бремени резко растянули стенки глобального пузыря облигаций, сделав их настолько тонкими, что воздух из этого пузыря начал постепенно улетучиваться. И по мере роста процентных ставок мировые экономики сталкиваются со сложностью обслуживания долгов, размер которых достиг таких больших размеров, что даже Международный Валютный Фонд озвучил свое беспокойство по этому поводу.

..Очевидно, что огромные размеры суверенных долгов препятствуют экономическому росту. Но дело не ограничивается суверенными долгами. Корпорации также несут на себе непосильный груз долгов. Во время финансового кризиса 2008 года Уоррен Баффетт точно подметил, что, когда прилив сменится отливом, мы сможем увидеть, кто плавал голым. И сегодня эти пловцы без купальников — это зомби-компании, которые едва держат голову над водой, рефинансируя долг по сверхнизким ставкам.

Компании зомби — это те компании, у которых процентные расходы выше, чем их усредненный за 3 года показатель EBIT (прибыль до уплаты процентов и налогов). И нет никаких сомнений относительно того, что породило эти “Ходячие мертвецы” — фирмы… глобальный пузырь облигаций. Банк Международных Расчетов и ОЭСР подсчитали, что 10% фирм во всем Западном мире существуют исключительно как схемы Понци. И, по данным Glenmede, зомби-компании составляют 16% всех корпораций из индекса Russell 3000, что почти вдвое больше тех 8%, которые были зафиксированы в начале финансового кризиса. Самый страшный момент заключается в том, что такое огромное количество зомби-компаний существует в условиях рекордно низких затрат по обслуживанию долгов. Коллапс пузыря облигаций приведет к быстрому и полному разорению этих компаний, а также к росту количества фирм, попадающих в эту категорию.
В качестве триггера Явления Песца этого более чем достаточно.

Эти компании не выживут в условиях продолжения краха рынка облигаций и его последующей депрессии. А как правительства стран, обремененных чрезмерными долгами, переживут следующий экономический спад? Ответ таков: посредством перманентной глобальной монетизации долга в беспрецедентном масштабе. Но и это будет работать лишь до определенного уровня.

Инвесторам следует уже сейчас иметь план, чтобы суметь извлечь прибыль из дефляционного и инфляционного циклов, которых никогда прежде не видел мир. Угу. Дам совершенно бесплатный совет - инвестируйте в патроны и тушняк, тогда у вас появятся шансы пережить и дефляционный, и инфляционный циклы.



Насчет зомби-компаний - хорошее дополнение:

Неминуемый крах компаний-зомби приведет к обвалу рынков и депрессии

Бесповоротное завершение синхронного экономического роста в мире становится очевидным, и первыми жертвами данного процесса станут компании-зомби, расплодившиеся в огромном количестве благодаря мягкой монетарной политике мировых ЦБ.



Компания-зомби – это фирма, которая не в состоянии покрыть свои процентные платежи из собственной операционной прибыли, если рыночные ставки вырастают с очень низких уровней (существуют более строгие критерии). Зомби-фирмы выживают только при условии доступной стоимости обслуживания корпоративных займов. После 2008 года глобальные центральные банки создали соответствующую среду с очень низкими процентными ставками и программами количественного смягчения.

Недавнее исследование показывает, что, хотя прямые денежные транзакции или OMT-программа, запущенная ЕЦБ в 2012 году, оздоровили банки на периферии Еврозоны, данные банки предоставили свои кредиты главным образом низкокачественным заемщикам, с которым у них уже были тесные отношения. И это очевидно, т. к. если бы данные компании потерпели неудачу, они бы утянули за собой и кредитовавшие их банки.

Однако это также значительно увеличило число компаний-зомби и затруднило создание новых здоровых фирм, отвлекая банковское кредитование на «зомбированный» сектор. Более того, неправильное распределение кредитов и искажения рынка, созданные программой OMT, привели к снижению общей производительности в отраслях, где доля «зомби» была высокой. Исторический пример Японии показывает, что, если «больным» компаниям предоставляется дешевый кредит, создание рабочих мест снижается, а общий рост производительности тормозится.

«Зомбификация» мировой экономики видна в динамике производительности. С 2008 года общая производительность факторов производства (TFP) постоянно снижалась, за исключением незначительного увеличения в 2010 году. Это самый длинный спад TFP, когда-либо наблюдавшийся. Мы можем с уверенностью предположить, что зомби-компании, созданные политикой мировых ЦБ, являются основным источником данных тенденций.




Центральные банки сделали все возможное, чтобы предотвратить превращение финансового кризиса в глобальную дефляцию. Им это удалось, но в то же время регуляторы создали неустойчивое восстановление, которое породило полчища больных зомби-фирм, питающихся избыточными кредитами и ликвидностью. Компании-зомби не могут выжить, когда процентные ставки растут, и это именно то, что произошло, когда ФРС приняла свою программу монетарного ужесточения. Долларовая ликвидность начала сжиматься, а ставки Libor перешли к росту, порождая глобальные кризисы ликвидности и кредитные шоки.

Таким образом, мы, скорее всего, в ближайшие кварталы столкнемся с резким замедлением мирового экономического роста, за которым последует глобальная волна корпоративных дефолтов, что окончательно поставит крест на истории «глобального восстановлении», которая в последнее время поддерживала рынки активов.

В результате бычий рынок закончится, и переоцененные рынки капитала подвергнутся серьезным рискам крушения. Крах рынка активов приведет к глобальному финансовому кризису и вызовет мировую экономическую депрессию. Никто, наверное, не думал, что зомби-апокалипсис станет реальностью, только финансово-экономической, но, тем не менее, мы должны начать готовиться к нему.
Чой-то я смотрю, в последнее время очень много начали призывать "готовиться"..



Хм. Bank of America говорит, что “В последний раз когда мы видели такое на рынке, на дворе стоял 2007 год”. Угу, накануне Начала.

Вчера мы ознакомили читателей с тревожной запиской от Morgan Stanley, попытавшегося ответить, возможно, на единственный вопрос, который имеет значение для будущего рисковых активов: “Подходит ли к своему завершению последняя стадия текущего кредитного цикла?” Поскольку, согласно прогнозам, объем обратных выкупов акций в этом году составит чуть менее $1 трлн., — и эти байбэки должны быть почти полностью профинансированы за счет эмиссии нового долга — теперь в финансовом мире одна из важнейших забот заключается в том, останется ли кредит доступным и дешевым. Сегодня пришла очередь главного инвестиционного стратега Bank of America Майкла Хартнетта высказаться на эту тему. Он также отметил, что рынок находится в поздней (очень поздней) стадии цикла. Но это еще не все: если взглянуть на доходности активов в годовом исчислении, то динамика рынка в настоящее время наиболее похожа на то, как она выглядела незадолго до финансового кризиса в 2008 году.



Доходности в конце цикла: доходность активов с начала года (в годовом исчислении): коммодити — 23%, акции — 5%, облигации -4%, кэш — 1%, доллар США — 9% … эта динамика цен “конца цикла” … когда в последний раз активы показывали такую динамику, на дворе стоял 2007 год.



В общем, совпадает с тем, что считают в Morgan Stanley. Там приходят к выводу, что “накапливаются свидетельства, что спреды уже достигли циклических минимумов — другими словами, нас ждут более серьезные фундаментальные проблемы на кредитных рынках через 6-12 месяцев, а не через 2-3 года”.



А еще Bank of America заявил, что “Лучший опережающий индикатор глобального EPS только что ушел на отрицательную территорию”. И какой из этого вывод?

..реальность такова, что на сегодняшний день налоговые послабления практически не оказали ощутимого влияния на фактическую экономическую деятельность, по мнению экономистов Bank of America. В записке, опубликованной сегодня Майклом Хартнеттом, главный инвестиционный стратег банка подчеркивает следующее:



Заказы на капитальные товары в США за последние 5 месяцев удивительным образом топчутся на одном месте, несмотря на снижение корпоративного налога, рекордные прибыли корпораций и рекордные цены акций (диаграмма 6); и нет никаких доказательств того, что американская заработная плата возвеличилась вновь (рост заработной платы застрял на отметке около 2,5%).



..независимо от того, кто и что думает о Трампе или о эффективности его фискальных стимулов, бо́льшая проблема — по мнению Bank of America — заключается в том, что “очевидный раздражитель” будет критически важен в ближайшие месяцы по двум причинам:

Во-первых, бонанза корпоративных прибылей и отличных отчетов заканчивается, поскольку модель банка предполагает, что глобальный EPS будет замедляться с 20% до 6% в ближайшие кварталы, поскольку рост экспорта в Азии замедляется, а глобальные PMI нормализуются, о чем сигнализирует кривая доходности.



Во-вторых, гораздо более важен тот факт, что и прибыли корпораций, и экономический рост внезапно попали под угрозу: по словам Хартнетта, “южнокорейский прирост экспорта, известный как хороший индикатор глобального цикла, впервые с 2016 года ушел на отрицательную территорию”.



Напомним, что в последний раз южнокорейский экспортный рост стал отрицательным в то же самое время, когда летом 2015 года произошла девальвация китайской валюты, и рынки оказались на пороге 20% -ного медвежьего рынка, и только Шанхайский Аккорд в феврале 2016 года остановил свободное падение рисковых активов по всему миру.

Если южнокорейский “опережающий индикатор”, окажется настолько же точен, как и всегда в прошлом, забудьте о хороших корпоративных отчетах в ближайшие кварталы: рецессия корпоративных прибылей не за горами!




Поциент перед смертью потел? Измерение пульса ослабевающей экономики показало, что да, но это ему не помогло.

Центральные банки уже в течение 9 лет проводят большой эксперимент, и совсем скоро мы выясним, оказался ли этот эксперимент успешным или нет. В течение девяти беспрецедентных лет центральные банки вдавливали в пол педаль монетарного стимулирования: почти нулевые процентные ставки, монументальная скупка суверенных долгов, ипотечных ценных бумаг, акций и корпоративных облигаций, впрыск триллионов долларов, юаней, йен и евро в глобальную финансовую систему – и все это во имя продвижения “синхронизированного глобального экономического восстановления”, которое во многих странах остается самым слабым после окончания Второй мировой войны.



Две цели этого беспрецедентного стимулирования таковы: 1) перетягивание потребления из будущего и 2) создание “эффекта богатства” с тем, чтобы владельцы дорожающих активов, почувствовав себя более богатыми, стали бы охотнее брать кредиты и потреблять, что должно было бы привести к возникновению самоподдерживающегося добродетельного цикла экономической экспансии.

..Хваленый “эффект богатства” оказался чрезвычайно асимметричным: только те 5% самых богатых представителей общества, кто владел достаточным объемом активов, увидели значимый рост своего богатства – именно они и выиграли от этой экономической экспансии, которой впору дать название популярной песни “победитель забирает все”.

В результате огромный прирост стоимости активов практически не повлиял на нижние 80% граждан, владеющих совсем небольшим количеством активов, и оказал лишь незначительное влияние на “средний класс” между нижними 80% и верхними 5% населения.


Между тем, перетягивание потребления из будущего истощило это будущее потребление и сократило пул кредитоспособных заемщиков. Будущее потребление в настоящее время опирается на шаткую основу, состоящую из находящихся не в лучшей форме покупателей и относительно малого количества молодых людей, формирующих новые домохозяйства, которые также имеют высокие доходы и хорошую кредитоспособность.

Реальность, которую никто не осмеливается признать, заключается в том, что “экономическое восстановление”, основанное не на росте производительности труда и инновациях, а на дешевом кредите и искусственно простимулированном “эффекте богатства”, было по своей сути слабым, поскольку стимулы вытеснили производительную экономику в пользу финансиализированной, спекулятивной экономики и создали порочную мотивацию к чрезмерным заимствованиям и чрезмерным потребительским тратам. Эти чрезмерные потребительские траты, ставшие возможными благодаря перетягиванию спроса из будущего, создали иллюзию экономического роста в стагнирующей экономике растущего имущественного неравенства.

Но когда вы заимствуете из будущего, чтобы потратить деньги сегодня, случается забавная вещь – это будущее в итоге наступает, и теперь мы находим, что пул спроса оказался истощен во имя абсурдной цели монетарных регуляторов “никакой рецессии сейчас или когда-либо позже”.
И это самое будущее уже наступило.

Корпоративные бай-бэки представляют собой ключевую аналогию для экономики в целом: в условиях, когда выручка, производительность и прибыль компании стагнируют, эта компания начинает брать кредиты, погашение которых планируется осуществлять из будущих доходов, чтобы покупать акции на рынке, повышая тем самым их цену и создавая иллюзию “богатства”. Но это лишь иллюзия; как только обратные выкупы заканчиваются, в дело вступает гравитация, и фантомное “богатство” рассеивается как туман.

..Возможно, эти реалии начинают просачиваться в умы некоторых представителей самоуспокоенного стада. Складывается впечатление, что “умные деньги” продают (распределяют) свои активы этому самоуспокоенному стаду. Эти продажи – предвестник удара молнии и раската грома, которые дадут старт панике, и именно эта паника и покончит с глобальным синхронизированным ростом пузырей в активах.




Рост? Какой-такой "рост", вы о чем??

Продолжение. Вторая часть статьи.

Tags: Кризис, Песец, аналитика, новости, экономика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments